По благословению Преосвященного Феодора, епископа Переславского и Угличского

Начни с себя, и вокруг все изменится...

С отцом Владимиром мы дружили с 1979 года. Отношения были очень искренние, мы никогда не подбирали слова, не было лицемерия. В Давыдово я приехал уже крещеный, но невоцерковленный. Мое крещение еще никак не изменило мою жизнь. В храм я еще на службы не ходил. Мое причастие на крещении тогда было первым и последним. Моя жизнь никак не изменилась от крещения до Давыдово. Но впереди меня и мою семью ждали серьезные скорби. Это было уготовано  встреча у храма в 98 году. Мы стояли внутри. По окна мусор, окна разбиты, крыши нет, все заросло. Это была такая разруха. Этот храм был олицетворением России.

май 1999, начало строительства

А дальше, конечно, нашими устами говорил Господь: «А давай все приведем в порядок». Для меня не стояла дальше логическая цепочка духовности, что там будут службы, крещения, венчания, отпевания, соборования, что там будет престол Божий. Мы понимали, что это разруха, которую надо привести в порядок Для меня этот храм был  начни с себя, и вокруг все изменится.

Нам было 40 с хвостиком. Мы были полны сил и энергии. В этом не было чего-то духовного. Я еще не воспринимал эту мысль как мысль от Бога. Я не воспринимал церковь как храм Божий. Для меня церковь тогда еще была зданием.

Мы тогда и подумать не могли, с чем связались. Строительство храма выражалось кубами, квадратными метрами, килограммами гвоздей, трудоднями. А здесь мы связались-то с бесовской силой!

Вспоминаются слова отца Владимира: «Нам кажется, что мы строим храм, на самом деле  храм строит нас!»

Всё там было столько разных людей прошло. Но я уверен, что каждый человечек, вложивший хоть капельку своего труда,  у него в душе Господь оставил зарубочку: «Я с тобой! Ты мне послужил»

Давыдово  это такой передатчик к Богу. Он не определяется высотой шпиля. Он определяется мощностью молитвы, которая накрывает волнами всех, кто прикасался когда-либо к Давыдово, к общине, оставляя свой духовный след. Поэтому оно бесценно для Бога.

А уж, конечно, дети убогие, которые у Бога на особом счету,  это отдельная статья. Господь в евангелии про детей говорит: «Кто примет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня принимает» (Мф.18:5). Сколько этих мам, этих ребяток прошло  про каждого можно книгу писать.

В моём понимании община уже была с первого дня, когда батюшка провел собрание, а народ сказал  да, мы хотим. А что оставалось от деревни-то? Я её прекрасно помню до храма. Всё разрушено, продано, пропито трансформаторы, провода Церковь  как сердце. Видно было его предынфарктное состояние. Это сердце уже не выживет. Невозможно! Да нет такой силы, которая может этот упадок приподнять. Но Бог поругаем не бывает.

Человек после крещения исполняется особенной благодатью. Новый ребёночек народился для Отца Небесного. И он его всячески обласкивает, всячески ему показывает свои блага. Так было и у нас, когда воздвигали первый крест. Снег, холод, молебен, крестный ход. Отец Сильвестр освятил крест. Ребята его подняли на купол, вставляют в держатель  и расходится мрак, и голубое-голубое небо! И солнце бьёт в этот крест. Это как Господь ладошкой помахал: «Я с вами! Впереди у вас  вооот сколько дел Ничего не бойтесь! Возьмите крест свой и идите за мной». Ребята спускаются  и опять ветер, снег, пурга такая Солнце было 510 минут, пока ставили крест.

Все снято на камеру. Это чудо, промысел Божий. Это Божья благодать.

А впереди ещё было 20 лет всяких мытарств и чудес, которые не кончаются и никогда не кончатся, пока мы с Богом. И в этом наше счастье!

Первая служба. 2006 г

Александр Меламуд

Поделиться в