По благословению Преосвященного Феодора, епископа Переславского и Угличского

Преподобномученик Мардарий Угличский

(память 5/18 марта)

Год назад, 18 марта 2018 года, приход храма Илии Пророка в Ивановском на Лехте отправился в село Деревеньки, чтобы отслужить первый молебен в день памяти святого, подвизавшегося здесь почти 90 лет назад  преподобномученика Мардария. Тогда исполнилось ровно 80 лет со дня его мученической кончины  расстрела по приговору Тройки НКВД. Еще не была написана икона святого, и на аналое в руинах храма лежала увеличенная фотография из его следственного дела, расстрельная фотография  единственное сохранившееся изображение.

Бо́льшая часть скупых сведений о святом Мардарии известна нам из следственных дел: ведь он был монах, не оставивший семьи, потомков, а за 80 лет умерли все, кто знал его как пастыря. Но даже из материалов допросов и «анкет обвиняемого» перед нами предстает облик не просто мученика за Христа, но подлинно преподобного  истинного монаха и пастыря. «В личной жизни иеромонах Мардарий представляет из себя монаха-аскета, строго исполняющего предписания монашеской жизни, преданного церковности, весьма аккуратного и истово совершающего богослужения, и при этом очень часто Его богослужение привлекает массу богомольцев. Проповедей иеромонах Мардарий не произносил, но духовные наставления давал на исповеди, вот почему его авторитет как духовника и духовного руководителя среди его последователей был очень велик. Исповедь его была очень продолжительная, и в этом отношении, несомненно, он оставил далеко позади всех своих сослуживцев-священников. В этой исповеди причина его популярности». Эта характеристика из следственного дела, данная священником, относится как раз к периоду служения отца Мардария в Деревеньках. И даже в обвинительном заключении этого первого следственного дела отмечено: «Зарекомендовав себя прозорливым, приблизил большинство верующих к своему приходу».

Преподобномученик Мардарий (Михаил Исаевич Исаев) родился 4 января 1886 года в крестьянской семье, в деревне Савостино Микулинской волости Старицкого уезда Тверской губернии. Окончив сельскую школу, он до двадцати четырех лет жил вместе с родителями. Точно не известно, когда он принял постриг: не раньше 1919 года и не позже 1924-го. В это время в монахи можно было пойти только из великой любви к Богу и Церкви, по истинному призванию, на подвиг: ведь борьба с монастырями и монашеством началась сразу с революцией и только усиливалась, не оставляя никакой надежды на примирение В 1921 году он поступил в Тверской Желтиков монастырь (мы не знаем, там ли он принял постриг), но уже с 1922 года он подвизается в Ярославской епархии  в Рыбинске псаломщиком, а также иподиаконом у епископа. В 1924 году его рукополагают в сан иеродиакона, в 1925  во иеромонаха и направляют служить в село Федорицкое Мологского района Ярославской области. Во время служения в Ярославской епархии отец Мардарий сблизился с архиепископом Угличским Серафимом (Самойловичем), который с 1924-го по 1926 год в связи с арестом митрополита Агафангела (Преображенского) фактически управлял Ярославской епархией (священномученику Серафиму Угличскому был посвящен материал в  10 за прошлый год, святителю Агафангелу  в  10 за 2013 г.). В архиепископе Серафиме крестьянский сын, избравший служение Господу и Его Святой Церкви, нашел близкого по духу подвижника.

С 1929 года иеромонах Мардарий служит в Никольском храме села Деревеньки Угличского района (теперь село относится к Борисоглебскому району, ехать к нему от Высокова в сторону Углича, и на нем дорога обрывается). Вот здесь он и проявил себя как пастырь. Поселился он как аскет  устроил себе келью в не приспособленной для постоянной жизни баньке на окраине села. За кроткий и смиренный нрав, за доброту его полюбили прихожане, увидев в нем человека святой жизни, стремящегося к спасению. Вскоре к нему стали идти все, жаждущие достичь жизни вечной.

Хотя архиепископ Угличский Серафим (Самойлович) был арестован еще в 1928 году, отец Мардарий именно его продолжал считать законно правящим архиереем и поминал его за богослужением. Весть об этом быстро распространилась, и в село Деревеньки стали приезжать верующие за пятьдесят километров; приезжали не только из сел и деревень, но и из Углича и Калязина, так что сельский храм, в котором службы были почти ежедневные и служились по-монастырски, был всегда полон молящихся. Большинство верующих приезжали специально на исповедь. Бывало у него репрессированное духовенство: ссыльный архимандрит московского Чудова монастыря Филарет, находившийся на нелегальном положении иеромонах Серпуховского Высоцкого монастыря Серапион. 75-летнюю игуменью закрытой Спасо-Преображенской Епихарской общины (Угличского уезда) Ангелину в праздники привозили на лошади из села Станы, и она оставалась в Деревеньках иногда по две недели. Отец Мардарий материально помогал ссыльному духовенству. И, конечно же, он понимал, что и сам, скорее всего, рано или поздно будет арестован  и готовился к этому.

Арест воспоследовал в феврале 1933 года. На допросах отец Мардарий показал, что его посещает много верующих не только из деревень, но и из городов. Случаи бесед с крестьянами у него бывали, но бесед против коллективизации он не вел. Исповедь у него была продолжительностью пять-десять минут и проходила до начала богослужения. На исповеди он, как священник, призывал к вере в Бога и жизни по заповедям. Проповедь перед исповедью он произносил с амвона, а затем исповедовал индивидуально, но вопросов, касающихся колхозов, ему при тайной исповеди не было. Он подтвердил следователю, что действительно является единомышленником архиепископа Угличского Серафима (Самойловича).

11 июня 1933 года иеромонах Мардарий был доставлен в Угличскую тюрьму. Узнав об этом, верующие отправились в Углич и стали хлопотать об освобождении пастыря. В середине июля отец Мардарий был освобожден под расписку, что он покинет Угличский район, и уехал в Рыбинск.

Летом 1935 года иеромонах Мардарий был назначен служить в храм в село Юрьевское Мышкинского района Ярославской области и здесь возобновил истовое монастырское богослужение, при котором по-прежнему открыто поминал архиепископа Угличского Серафима (Самойловича), находившегося в заключении.

Долго это продлиться не могло. Последний раз отец Мардарий служил на Рождество 1937 года, а на третий день Рождества, 9 января, был вновь арестован и помещен в Угличскую тюрьму. Допросы продолжались в течение нескольких месяцев.

Святого обвиняли в антисоветской агитации и выступлениях против колхозов. Один из пунктов обвинения: «являлся активным тихоновцем и тем привлекал к себе народ». Признавая себя последователем патриарха Тихона и священномученика Серафима (Самойловича), пастырь категорически отверг все политические обвинения:

«Никакой антисоветской агитации я среди населения не вел и никаких провокационных слухов не распространял Никакой связи с верующими других приходов я не имел. Я вел замкнутый образ жизни. Никуда не ходил и знакомств ни с кем не имел. Единственным местом, где я встречался с верующими, была церковь, но и там я никогда не вел бесед с верующими, кроме как по долгу службы как священник. К советской власти я относился лояльно и ненависти не питал и враждебных взглядов никому не прививал. В срыве колхозных работ я виновным себя не признаю, так как ко мне в церковь верующие приходили добровольно, по своему желанию, и я никого не агитировал, чтобы бросить работу и приходить в церковь. Руководители колхоза и сельсовета в то время никаких претензий не предъявляли».

В июне 1937 года следствие было закончено, и 9 июля отцу Мардарию предоставили возможность ознакомиться с обвинительным заключением. Он обвинялся в том, что «проводил антисоветскую агитацию и распространял среди населения церковную литературу антисоветского содержания». Но дело не завершалось. 30 июля 1937 года вышел секретный приказ НКВД  00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов», открывший путь к массовым репрессиям. 10 декабря 1937 года, почти через год после ареста иеромонаха Мардария, состоялось заседание Специальной Коллегии Ярославского областного суда по его делу. Отвечая в суде, иеромонах Мардарий сказал, что вполне понимает, в чем его обвиняют, но виновным себя в этом не признает  распространением церковной литературы и агитацией против советской власти не занимался. Слушание дела было снова отложено, но финал был предрешен. 17 марта 1938 года тройка НКВД приговорила иеромонаха Мардария к расстрелу. Он был расстрелян на следующий день, 18 марта 1938 года, и погребен в общей безвестной могиле.

Преподобномученик Мардарий Угличский прославлен на Архиерейском соборе Русской Православной Церкви в 2000 году.

Елена Тростникова

Поделиться в