По благословению Преосвященного Феодора, епископа Переславского и Угличского

ДАВЫДОВО или Кошмарный сон городского обывателя...

Только представьте себе на мгновение: глянцевая жизнь столицы с модными бутиками, концертными площадками, кинотеатрами, парками аттракционов, феерической иллюминацией на зданиях, проспектах и площадях Тысячи туристов из разных концов света, съехавшихся на чемпионат мира по футболу,  они везде, и вот уже русскую речь в центре Москвы практически не слышно, словно мы не у себя дома, а волею судьбы оказались в самом центре Европы. Элитная недвижимость, банки, биржи, политические партии и парламент, бесконечные потоки дорогих автомобилей, разогретый июльским солнцем асфальт и НЕВЫНОСИМАЯ ДУХОТА

Но где-то глубоко, в этой медовой бочке гламура и всевозможных благ цивилизации, можно заметить нечто иное  маленькое, робкое, беззащитное: посреди всего этого шума рождаются и умирают, встречаются и расстаются, болеют, взрослеют, любят, заботятся друг о друге, сосуществуют самые обыкновенные люди. Их жизнь подчинена иным законам. Пожалуй даже, она строга и аскетична. Но темп её таков, что нервно-конвульсивное состояние уже давно стало нормой. И мы бежим, бежим, бежим без оглядки в неизвестном направлении. Главное  не сбавлять темп и ни в коем случае не садиться, как бы нам этого не хотелось: в это мгновение мы упадём в изнеможении и наше земное существование на этом прекратится

Но раз в году приходит волшебное время, на которое мы возлагаем особые надежды, строим амбициозные планы, верим и мечтаем о чуде. Оно наступает внезапно, как болезнь, обезоруживая и заставая врасплох. И вот, отработавший последний день трудового года, а значит  разогнавшийся до космических скоростей, но выжатый до последней капли, я ворвался в размеренную давыдовскую жизнь, где на меня и обрушился долгожданный ОТПУСК

Уже в пути вдруг начинаешь осознавать, что ничего не ждёшь и ни о чём не мечтаешь. Да и можно ли чем-либо удивить, когда за плечами солидный опыт, а жизнь, очевидно, уже достигла своего экватора. Тем временем автобус несет тебя всё дальше и дальше от Москвы, интернета, сотовой связи, метро и горячей воды. И уже этому ты внутренне рад, как глотку свежего воздуха. До твоего сознания, словно сквозь густой туман, доносятся картины иной  не московской!  жизни. Затем такси и разговоры о том о сём. И ты медленно начинаешь погружаться в иную реальность, словно пробуждаешься после долгого и крепкого сна в попытке отделить приснившееся от происходящего. И уже в ночи добираешься до места, до конца не отдавая себе отчёта в том, зачем ты здесь и как сюда попал. Однако с каждым днём пребывания в лагере понимаешь, что ничего случайного не бывает.

Потомственному крестьянину забавно смотреть на то, как коренные горожане пытаются играть в сельскую жизнь. Им, уже обременённым научными знаниями или пока еще обеспокоенным развитием собственного интеллекта, из глубины прошлого столетия словно отвечает моя неграмотная бабушка Прасковья Гавриловна, для которой ведение хозяйства  это цепь веками отработанных трудовых операций: «Природа науку одолевает». И действительно, нужно лишь время, и всё встанет на свои места  сформируются необходимые навыки и приобретётся драгоценный опыт. Но весь фокус в том, что трудовая деятельность здесь не цель, не жизненная необходимость, но средство  путь от «МОЕ» к «НАШЕ», от индивидуального к общинному. И в этом смысле  в послушаниях каждый из нас неизбежно становится особым, ведь сама ситуация, когда твое будущее благополучие не зависит от того, как ты сегодня поработаешь, проявляет человека, побуждая его задуматься о степени собственной ответственности, способности принимать решения, в конечном счёте  о смысле своей земной жизни.

Пожалуй, здесь, в Давыдово, как нигде в другом месте, ты можешь почувствовать себя пришельцем, ведь этот мир  не таков, к которому ты привык, где живёшь. Нескончаемые дела, творческие мастерские, редкие вечёрки, встречи с психологами, общение со священником и даже костёр в ночи  все наполняет тебя иными смыслами, о которых в городе думать не принято,  некогда, надо спешить. Но ведь столько безусловно важного происходит и вне регламента и распорядка! Именно здесь, невзирая на тишину и беспафосность происходящего, мозг получает обильную пищу и начинает непрестанно работать, словно старается заглянуть глубоко в самого себя. Но путь этот неизвестен, а дорога темна. Как пройти по ней и не сбиться с маршрута? Удивительно, но именно «особые» дети становятся здесь проводниками для нас  смотрящих, но не видящих, слышащих, но непонимающих, способных говорить, но не готовых к диалогу И вот уже совершенно непонятно, кто кому дан здесь в помощь, кто болен, а кто здоров, в чём норма и где отклонение. В каждом из них ты видишь самого себя: не тот социальный образ, который сам однажды нарисовал и готов предъявить каждому при встрече, а самого себя без прикрас  с собственными слабостями, страхами, комплексами или реальными компетенциями. Вступить в контакт с «особым»  значит сбросить маски, навести порядок в собственной душе и, в конечном счете,  познакомиться с собой. Каждый ли из нас готов пойти на этот героический поступок? Готовы ли мы увидеть в зеркале настоящего себя?

Перед лавкой зеркал

Я вдруг удивился

Так вот я какой!

Обтрепанный,

Бледный.

(ИсикаваТакубоку)

И вот бурлим мы  все вместе, одной большой семьёй  в едином котле, словно борщ на новой плите в церковной трапезной,  целую смену. И с каждым днём, с каждым часом варево приобретает особый вкус и аромат. И нет в нём лишних и недостающих ингредиентов: все на своём месте! Каждый призван сюда неслучайно!

Для кого этот борщ? Кем заварен и кому предназначается? Нам не есть его, но однажды  держать ответ за каждый свой шаг, поступки и помыслы, ведь происходящие здесь метаморфозы необратимы, как внезапное прозрение, как пробуждение после долгого сна

Слёзы, слёзы

Великое чудо!

Слезами омытое

Сердце

Снова смеяться готово.

(ИсикаваТакубоку)

Игорь Климов, волонтёр, г. Москва

Поделиться в